Модератор сессии Джанкарло Арагона, научный руководитель Института международных политических исследований (Италия): Давайте обсудим важную тему#nbsp;— «Большая игра» на#nbsp;Ближнем Востоке. В#nbsp;отличие от#nbsp;«Большой игры» 19 века, сегодня мы#nbsp;видим увеличение количества игроков. Мы#nbsp;видим новые измерения конфликтов. Я#nbsp;смотрю с#nbsp;ностальгией на#nbsp;те#nbsp;времена, когда мир был биполярным. Все было просто. Сегодня Ближний Восток#nbsp;— самый горячий регион. Посмотрите на#nbsp;пример Сирии. Мы#nbsp;— свидетели падения режимов и#nbsp;старой системы. Все это происходит далеко не#nbsp;всегда успешно. Ближний Восток играет огромную роль в#nbsp;мировой экономике и#nbsp;международных отношениях, отсюда его важность и#nbsp;необходимость решать проблемы нестабильности. Ситуация на#nbsp;Ближнем Востоке влияет на#nbsp;итальянские дела, отсюда моя заинтересованность в#nbsp;этой теме. Конфликт между Израилем и#nbsp;Палестиной не#nbsp;является больше главным в#nbsp;регионе. Сирия и#nbsp;Иран стали точками напряженности. Что касается России, которая активно стала участвовать в#nbsp;этом регионе, для нее важны отношения как с#nbsp;Израилем, так и#nbsp;с#nbsp;Ираном. В#nbsp;регионе происходит конфликт между основными игроками, что является важнейшей проблемой в#nbsp;регионе.
А.Х. Камилов, министр иностранных дел Республики Узбекистан: Тема нашей сессии не#nbsp;только актуальная, но#nbsp;и#nbsp;амбициозная. Ближний Восток фигурирует в#nbsp;разных геополитических проектах. Центральная Азия включается в#nbsp;эту геополитическую систему. Сегодня «Большая игра»#nbsp;— это образное определение. В#nbsp;ней очень много неизвестных слагаемых. Ближний Восток оказался вовлеченным в#nbsp;процесс формирования нового глобального баланса сил. На#nbsp;Ближнем Востоке пересекается множество государственных и#nbsp;негосударственных игроков. Многие игроки становятся заложниками региональных игроков. Отсюда#nbsp;— исторически длительная ситуация нестабильности и#nbsp;хаоса. Конфликтность усложнилась и#nbsp;приобрела иную динамику. Мы#nbsp;видим низкий уровень региональной интеграции и#nbsp;сплоченности. Все призывы к#nbsp;консолидации остаются призывами. Терроризм стал прибыльным бизнесом глобального уровня. Также обострилась проблема нераспространения ядерных вооружений. Делать прогнозы в#nbsp;этом регионе непросто. Можно выделить ряд факторов, которые говорят о#nbsp;том, что стабильность в#nbsp;регионе сложно достижима. На#nbsp;первом месте#nbsp;— кризис доверия. На#nbsp;втором#nbsp;— паралич институтов международной безопасности, здесь важна реформа ООН. Следующий фактор#nbsp;— это попытка разных участников в#nbsp;условиях хаоса навязывать свои правила игры. В#nbsp;этом регионе невозможно импортировать чуждые модели и#nbsp;ценности. Это#nbsp;— западноцентричный взгляд, который враждебно воспринимается с#nbsp;точки зрения этики и#nbsp;онтологии ислама. Хотя в#nbsp;некоторых течениях ислама сильны демократические традиции, неприятие приводит к#nbsp;политизации религиозного фактора. Прочного мира в#nbsp;регионе не#nbsp;будет, пока не#nbsp;решен палестинский вопрос. Сложен сирийский вопрос, а#nbsp;также иранская проблема. Мы#nbsp;сильно заинтересованы в#nbsp;том, чтобы стабильность восторжествовала на#nbsp;Ближнем Востоке, поскольку ситуация там отражается на#nbsp;ситуации в#nbsp;Центральной Азии. Мы#nbsp;наблюдаем усиление взаимозависимости. Мы#nbsp;должны нащупать некие возможности позитивного движения. Есть#nbsp;ли для этого возможности? Да. Несмотря на#nbsp;то, что с#nbsp;одной стороны мы#nbsp;видим войны и#nbsp;угрозы, с#nbsp;другой стороны мы#nbsp;видим положительную динамику, которую возможно развить через конструктивное сотрудничество различных игроков, в#nbsp;первую очередь, США и#nbsp;России. Нужно искать поле совпадения интересов. Три основных направления в#nbsp;отношениях США и#nbsp;РФ#nbsp;— это общие интересы в#nbsp;борьбе с#nbsp;глобальными угрозами (экстремизм в#nbsp;различных формах), нежелание военного конфликта в#nbsp;регионе, а#nbsp;также процесс радикализации среди молодежи. Необходим комплекс мер разного характера. Надо использовать возможности для развития стратегической повестки.
Ракеш Суд,почётный сотрудник индийского исследовательского центра Observer Research Foundation (ORF, Нью-Дели): регион Ближнего Востока#nbsp;— своего рода большая бомба. Некоторые фитили горят долго и#nbsp;медленно, и#nbsp;некоторые страны не#nbsp;дают им#nbsp;догореть, а#nbsp;какие-то гораздо быстрее. В#nbsp;регионе пересекается множество интересов. Россия и#nbsp;США (у#nbsp;них совпадают интересы, когда они борются с#nbsp;ИГИЛ, но#nbsp;в#nbsp;других вопросах#nbsp;— нет), Турция и#nbsp;Иран (совпадение по#nbsp;курдам, по#nbsp;Ассаду диаметрально противоположные интересы), Россия и#nbsp;Иран (совпадение по#nbsp;Ассаду, противоречия по#nbsp;созданию шиитского коридора из#nbsp;Ирана до#nbsp;Ливана). Это только один из#nbsp;примеров сложности интересов. Сегодняшняя «Большая игра» имеет множество игроков, в#nbsp;отличие от#nbsp;«Игры» 19 века. Важно, чтобы мы#nbsp;работали вместе, иначе будут расти риски.
Анджела Стент,директор Центра по#nbsp;изучению Евразии, России и#nbsp;Восточной Европы Джорджтаунского университета (США): Вообще, я#nbsp;не#nbsp;эксперт по#nbsp;Ближнему Востоку, я#nbsp;специалист по#nbsp;американо-российским отношениям. Мы#nbsp;должны вспомнить «Большую игру» в#nbsp;20 веке между СССР и#nbsp;США. Соперничество тогда было идеологическим и#nbsp;геополитическим. Была сложная система коалиции. СССР потерял Египет, США#nbsp;— Иран, но#nbsp;ситуация была достаточно стабильной. Это была старая «Большая игра», современная гораздо сложнее. Россия и#nbsp;США, с#nbsp;одной стороны#nbsp;— союзники, с#nbsp;другой#nbsp;— соперники в#nbsp;регионе. Обращает на#nbsp;себя внимание то, что у#nbsp;России хорошие отношения с#nbsp;Ираном и#nbsp;Израилем, несмотря на#nbsp;их#nbsp;взаимную вражду. У#nbsp;России сложный комплекс взаимоотношений: она отлично ладит с#nbsp;шиитскими и#nbsp;суннитскими государствами. Главный конфликт региона сегодня#nbsp;— саудовско-иранский. В#nbsp;регионе также есть «маленький конфликт» между Израилем и#nbsp;Турцией, и#nbsp;некоторые другие. США и#nbsp;Россия продолжают работать вместе. Кооперация продолжается, несмотря на#nbsp;проблемы: ИГИЛ, Женевский процесс, квартет по#nbsp;поиску мира в#nbsp;Израиле, хотя США и#nbsp;не#nbsp;участвуют в#nbsp;Cочинском формате и#nbsp;в#nbsp;Астане по#nbsp;поиску мира в#nbsp;Сирии. Я#nbsp;предсказываю постепенный выход США из#nbsp;региона. Как будет развиваться Сирия после окончания войны? Как Россия и#nbsp;Иран будут взаимодействовать в#nbsp;Сирии? Продолжат#nbsp;ли США постепенный выход из#nbsp;региона, будет#nbsp;ли расти присутствие России? Это интересные вопросы для дискуссии.
Шломо Бром, старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS, Израиль): Сегодняшняя «Большая игра» имеет несколько измерений. Первое#nbsp;— это собственное измерение Ближнего Востока, что было во#nbsp;многом задано динамикой Арабской весны. В#nbsp;регионе произошло ослабление государства и#nbsp;его субъектности, что было связано с#nbsp;революциями и#nbsp;гражданскими войнами. В#nbsp;ряде случаев произошло утверждение авторитарных режимов. Второе измерение#nbsp;— региональное. Ослабление государства создало вакуум, открывающий окно возможностей для разных региональных сил по#nbsp;вмешательству в#nbsp;конфликты. К#nbsp;примеру, поддержка шиитов Ираном или суннитов саудитами, в#nbsp;ряде случаев салафитами. Третье измерение#nbsp;— глобальное и#nbsp;интернациональное. Можно отметить роль США и#nbsp;России. Россия пользуется возможностями вернуться на#nbsp;глобальный уровень, а#nbsp;США#nbsp;— участник поневоле. Не#nbsp;все участники конфликта одинаковы. Например, сунниты очень прагматичны, джихадисты сами по#nbsp;себе. Египет теоретически является частью антииранской группировки, но#nbsp;Иран, по#nbsp;сути, не#nbsp;является для него большой сферой интересов. В#nbsp;регионе можно встретить сложную конфигурацию сил, когда страны являются друзьями и#nbsp;врагами одновременно. Эта ситуация дает возможность Израилю добиться взаимовыгодных отношений с#nbsp;различными силами. Израиль специально занял позицию нейтралитета в#nbsp;Сирии, но#nbsp;недавно это изменилось, когда Иран стал нарушать сложившийся стаус-кво, чтобы получить свою выгоду. Иран, учитывая его враждебность к#nbsp;Израилю, может использовать Сирию в#nbsp;качестве плацдарма для своих баз. Россия, которая имеет эксклюзивные позиции между Ираном и#nbsp;Израилем, смогла способствовать тому, чтобы в#nbsp;Сирии не#nbsp;разыгрался ирано-израильский конфликт. Россия правильно делает, что не#nbsp;примыкает к#nbsp;какой-то одной стороне в#nbsp;ирано-израильском конфликте.
В.В. Наумкин, научный руководитель Института востоковедения РАН: Большой игры на#nbsp;Ближнем Востоке нет. Здесь три уровня конфликтности: локальный, региональный и#nbsp;глобальный. Здесь нет «Большой игры», т.к. нет противостояния двух суперсил. Все борются со#nbsp;всеми. Здесь множество противостояний. Особенность внешней политики РФ#nbsp;— попытка строить взаимовыгодные отношения с#nbsp;разными сторонами. Наша дипломатия проявляет высокий уровень. Здесь говорилось о#nbsp;едином суннитском лагере, но#nbsp;его нет. Между суннитами множество противоречий. Здесь не#nbsp;только джихадисты. Возьмем «Братьев-мусульман»: для Турции и#nbsp;Катара они#nbsp;— политическая сила, для Египта#nbsp;— террористы. Мы#nbsp;видим противостояние двух осей и#nbsp;двух групп. Работать на#nbsp;Ближнем Востоке трудно. Важно отметить, что США превратились в#nbsp;главного производителя углеводородов. Это необходимо помнить при анализе ситуации на#nbsp;Ближнем Востоке. Россия не#nbsp;пытается никого вытеснить из#nbsp;региона, поэтому и#nbsp;нет «Большой игры». Сегодня Ближний Восток#nbsp;— это глубоко разделенное общество. Есть асимметрия региональных игроков разного уровня. Сегодня в#nbsp;Сирии ключевая проблема в#nbsp;том, что она превратилась в#nbsp;ринг для разных соперников. Россия играет креативно. На#nbsp;этом ринге нет разумного рефери, а#nbsp;те, что есть#nbsp;— сами «получают по#nbsp;морде». Западу надо участвовать в#nbsp;восстановлении Сирии, и#nbsp;даже на#nbsp;тех территориях, которые контролирует Ассад, поскольку и#nbsp;там страдали простые люди. Важна проблема разоружения населения. Все силы выступают за#nbsp;единство Сирии, что внушает оптимизм.