ПЧ-2021: Сессия 4. Глобальная роль ЕС в постпандемический период
В своем выступлении Александр ВикторовичГРУШКО, заместитель Министра иностранных дел Российской Федерации отметил, что, пока не преодолена острая фаза пандемии, сложно говорить о том, каким будет мир после ее окончания, однако попытаться заглянуть «за горизонт» полезно.
Большой интерес представляют вопросы: как изменится внутренняя и внешняя повестка? Будет ли свернута глобализация? Или возникнет нечто иное, что потребует новых алгоритмов международного сотрудничества? Безусловно, мир не будет ни «глобусом НАТО», ни «глобусом ЕС». Мир уже имеет полицентричный характер, и дальнейшая трансформация международных отношений будет связана с обеспечением вариативности путей развития различных государств.
Вопрос в том, какие инструменты будет использовать ЕС для того, чтобы стать полноценным полюсом? Будет ли это зеленая трансформация? Движение в сторону полноценной военно-политической автономии? Конкуренция с другими акторами на основе общих правил или сдерживание конкурентов?
ТомаГОМАР, директор Французского института международных отношений (IFRI), подчеркнул, что взаимоотношения России и Европейского союза составляют фундамент глобальной стабильности. Пандемия показала, что ЕС – это третий по значимости игрок в мире после США и Китая, показала эффективность его управленческих механизмов. «Зеленая сделка» ЕС будет иметь серьезные последствия для всех экспортеров углеводородов, в том числе для России.
Поставленная цель достичь климатической нейтральности к 2050 г. потребует, в том числе, введения особого налогового режима на границах объединения. Однако на протяжении как минимум десяти ближайших лет, пока в ЕС идет «зеленый переход», Евросоюз будет нуждаться в российском газе. На международной арене ЕС активно выступает в роли донора, прежде всего в части оказания помощи государствам Африки.
В числе политических амбиций Евросоюза – более активное участие на пространстве Индо-Тихоокеанского региона (прежде всего с целью недопущения поляризации между Китаем и США). Политические элиты ЕС также настроены на улучшение отношений с Россией и Турцией.
Натали ТОЧЧИ, директор Института международных отношений (IAI) и почетный профессор Тюбингенского университета сообщила, что на первом этапе пандемии в ЕС произошел кризис солидарности – Брюссель действовал недостаточно оперативно, отчего в первую очередь пострадала Италия. Пострадала солидарность – базис Европейского союза. Однако пандемия позволила ЕС понять, как преодолеть кризис солидарности и заново обрести чувство единства. Ключевое слово здесь – это доверие. Пандемия создала для ЕС дополнительные возможности по объединению, формированию нового набора ценностей, позволила обрести новый нарратив, твердую почву под ногами, которая была подорвана предыдущими кризисами.
Сегодня ЕС получил возможность «начать все сначала» на базе нового нарратива, а также таких значимых для всех стран-членов ЕС вопросов как климатическая и демографическая повестка, выработка эффективной модели энергетического перехода. На международной арене необходимо выстроить систему двусторонних и многосторонних соглашений с целью охватить критическую массу участников для достижения цели углеродной нейтральности.
Надежда Константиновна АРБАТОВА, заведующая Отделом европейских политических исследований ИМЭМО РАН, отметила, что постпандемический мир формируется уже сегодня. Ключевую роль в этом процессе играет взаимодействие между мировыми центрами силы – Россией, Китаем и ЕС. Современный мир гораздо более сложный и гибкий, чем биполярный. Успех в нем определяется способностью выстроить отношения с другими игроками лучше, чем остальные. Хотя идея ЕС как полновесного центра силы не нова, только с принятием ЕС курса на стратегическую автономию она получила реальное оформление. Эта цель предполагает приобретение всех атрибутов центра силы, в том числе и военной составляющей. Триггером стал кризис евроатлантических отношений, который поставил под сомнение способность США защищать Европу.
Однако полновесную роль в международных отношениях ЕС сможет играть только при условии, что все центры силы будут играть по единым правилам. Верховный представитель Союза по иностранным делам и политике безопасности Жозеп Боррель недавно заявил, что внешняя политика ЕС заключается в изменении внутренней политики других стран. Это совершенно новое определение внешней политики, подтвердившее отход от положений Глобальной стратегии безопасности ЕС. США останутся союзником ЕС, но их отношения будут совершенно другими. ЕС сегодня не готов следовать в фарватере США. Что касается Китая, то он для ЕС – партнер, конкурент и соперник. Боррель считает, что трудно соблюдать баланс между этими ипостасями. Подход ЕС к России похож на подход ЕС к Китаю. Он страдает отсутствием стратегической цели. У России и ЕС есть общая глобальная угроза – угроза глобального конфликта. Сегодня ЕС нуждается в новой восточной политике, как во времена Вилли Брандта, – «перемены через движение».
Маркус ЭДЕРЕР, посол Европейского союза в Российской Федерации, отметил, что пандемия ускорила существующие тенденции. Очевидно, что мир будущего станет менее предсказуемым и более поляризованным по таким линиям, как демократия vs. автократия. Появляются новые формы глобализации, которые некоторые считают деглобализацией. Тогда как миру необходима интенсификация сотрудничества, на деле происходит разъединение. Тревожные сигналы тому – борьба нарративов, рост дезинформации. Для ЕС пандемия стала возможностью для перезагрузки. Евросоюз стал ведущим в мире экспортером вакцин – это более 240 млн доз и 30 % вакцин для развивающихся стран.
В постпандемическом мире ЕС останется экономической и технологической супердержавой, при этом будет становиться все более экологически ориентированным – «зеленой супердержавой». ЕС выступит мировым лидером в зеленой повестке, будет определять новые стандарты в этой сфере. О многом говорит цифра инвестиций, которые ЕС вложит в климатические программы – 1,8 трлн евро. Если ЕС и Россия смогут «озеленить» свои отношения, это позволит оздоровить их. ЕС будет предпринимать усилия, чтобы придать новый импульс многосторонним форматам сотрудничества.